ryba_barrakuda: (Default)
Пожалуй, расскажу-ка я вам про будни доноров. Но не органных доноров, потому что их будни к моменту расставания с органом, как правило, увы, подошли к концу, а о донорах тромбоцитов у которых как раз наоборот, все жизненные показатели должны быть в норме, а настроение - хорошо бы выше плинтуса.

Вкратце процедура донорства выглядит так: вы приходите в отделение переливания крови, где озвучиваете свое желание причинять добро и делиться тромбоцитами. В ответ на это получаете одобрительное бормотание и листок с парой десятков весьма личных вопросов. Честно отвечаете на них, время от времени хмыкая, иногда - краснея и периодически сверяясь со словарем редких заболеваний, которых у вас быть не должно. Затем у вас берут сколько-то крови - пробирки четыре, не больше, и отпускают с миром на неизвестный срок.

А потом однажды вам звонят, и просят приехать поскорее. Желательно, вот прямо сейчас. И вы приезжаете, и снова проходите краткий осмотр и получаете ту самую анкету, в которой теперь уже ни одно длинносочиненное многофамильное название хворобы не вызовет у вас удивления. После этого вам (в качестве поощрения, как рыбка смышленому дельфину) достается стакан, шипящий и плюющийся растворимой таблеткой кальция с мерзким вкусом синтетических апельсинов.

Далее вы попадаете в зал отбора крови - большое, прохладное (чтобы в обмороки не падали) помещение, в котором по кругу стоят пять больших полулежачих кресел. Рядом с каждым креслом - аппарат для трансфузий и сепарации элементов крови. Когда вы окажетесь в кресле, медсестра бережно погрузит в вашу вену вооот такенную иглу, и сообщит аппарату-сепаратору, сколько в вас живого веса, сколько бодрого роста и сколько яду на вашем языке и сколько из вас надо вытащить кровяных пластинок. А также - не нужно ли из вас еще и плазмы нацедить - для скорбных не духом, но системой свертываемости крови. В ладонь вам вложат резиновый мячик - сжимать и разжимать, когда надо ускорить венозный кровоток.

А после вы с чистой совестью принимаетесь скучать, потому что один цикл работы аппарата - пятнадцать-двадцать минут выкачивания и центрифугирования крови плюс десять минут возвращения. И так - шесть-семь циклов. Но это присказка, а сказка будет впереди.
Только не сказка, а повесть о том, как оно было пятницу назад.

дальше - длинно )
ryba_barrakuda: (Default)
У меня тут снова поднакопилось рассказов. Правда, на этот раз не о докторах и научных сотрудниках, а о нескольких пациентах :))
Их называют "троe на колесах". Read more... )
А про третьего персонажа этой истории и про приключения всей троицы на колесах я расскажу вам в следующем посте, потому что у меня за окном - роскошный дождь и вообще-то через несколько часов пора на работу :))
ryba_barrakuda: (Default)
Кадр 1. Вы бежите по полю, а над вами - трижды хвостатый черный воздушный змей смеется нарисованным самым что ни на есть пиратским веселым роджером. Солнце такое яркое, что вы, обернувшись, не видите ничего, кроме света, от которого неудержимо слезятся глаза, но вы все равно смотрите вверх, ловя еле различимый на фоне солнца силуэт. А когда туго натянутая, бьющаяся в руке веревка, уходящая в небо, вдруг ослабевает и обвисает в ладони, нужно снова бежать изо всех сил. Чтобы поймать ветер.

Кадр 2. Спелая клубника, покрытая каплями холодной воды. Среди этого роскошества - маленькая зеленая ягода - ни съесть, ни выбросить. Неприкаянность на мокрой ладони, залитой солнцем.

Кадр 3. Трамвай слегка покачивает на поворотах, за окном - апрельские теплые сумерки. Впереди, кажется, тихий вечер с книгой, сетью и желтой лампой. Звонит телефон.

Кадр 4. За плечами - рюкзак с термосом и свитером, в кармане - карта местности, о которой вам почти ничего не известно. Сумерки стремительно перетекают в вечер. С лампой, сетью и книгой, видимо, будет сегодня кто-то другой. Карму и кельтов не обмануть.

Кадр 5. Пятеро озябших слегка сумасшедших на парковке пялятся друг на друга. Вопрос: почему не на юг? В темноте и в шутку. Через десять минут две машины мчатся на юг. Музыка для Тарантино. Вы видели кровавую Луну, что катилась вдоль дороги? Хорошо бы убежать от большой медведицы... Кстати, есть такая практика, привязать интроверта к экстроверту. Единственный вопрос, по которому они сойдутся, это самоубийство. Смерть не должна ничему мешать. Помнится, они поспорили, и никто из них потом не помнил, умерли они все-таки в тот вечер, или нет. Просто наступил другой день.

Кадр 6. Германская граница - грань зеркала. Точно такая же дорога, точно такая же заправка мерцает справа на обочине, но это уже - другая сторона. Способ их различить вы узнаете только на обратном пути. Когда ночь измеряется километрами, в темноте автомобиля остаются только профили и слова. Ремень безопасности скребется в ключицу.

Кадр 7. В желтом аквариуме заправочной станции сонные продавцы - как две рыбы с тяжелыми веками и отчеркнутыми книзу ртами. Автомат небрежно роняет звонкую мелочь в ответ на банкноту. Запах кофе. Что может быть лучше остроконечной широкополой шляпы? Зачем вообще пускаться в путь если не повстречать такой, в которой можно исчезнуть самому или спрятать мир? Двое в шляпах и двое без выходят сквозь стеклянный угол. Дорога бежит на юг.

Кадр 8. Мотель в километрах от Мюнхена. Ломанный язык, переплетения коридоров и мостиков, ведущих к дверям. Вы спускались под землю. Долго, три этажа. Но в окне - почти полнолуние, поле и горы. Просто другая сторона холма спасает дело, и если хотите, можно выйти в окно. На одеяле - пакетик мармеладных мишек. Бессонница новых мест.

Кадр 9. Озеро-море, и вдруг такое простое открытие: настоящая цель может находиться в середине пути и быть совсем не точкой на карте, и оказаться целью только в тот момент, когда внезапно обрушивается на вас, например, запахом цветущих тополей. Он этой весной как будто покинул Город, и никогда еще вы не искали его с такой жадностью и таким отчаянием. Вы нашли его далеко от Города. Когда перестали искать.

Кадр 10. Среди гладкой поверхности озера-моря вдруг одна за другой чпок-чпок-чпок поплавками выныривают утки, и величаво отплывают вдаль, навстречу белопарусным яхтам. Прозрачная до дна вода скользит под пальцами. Раз, два, три - вы не пекли блинчиков черт знает какую прорву лет, и гладкие, плоские камни снова на вес золота, и от того, что вы азартно и пристально высматриваете их в песке, начинает рябить в глазах, и пальцы коченеют от холода, но кажется, что вот уж этот-то камень точно проскачет дальше всех. И ладонь снова погружается в воду.

Кадр 11. Город Соли и всех оттенков белого. Белы дома, белы цветущие деревья, бела тонкая, почти уже летняя дымка на склонах гор, бела даже бурная, широкая река, разделившая Город. В динамиках - Бах. Конфетный Вольфганг не напомнит о себе ни разу, пока вы не напроситесь сами, купив традиционных красных шариков с утомленным профилем. Нарциссы под белыми арками до самого неба. Осень в отдельно взятой подворотне, где и всего-то - дерево да кафе, да приблудный конец сентября. Маленький Город принял вас и несет подальше от толпы, и показывает удивительное. Вам остается только верить ему.

Кадр 12. Вы, греясь на берегу меж двух мостов, рассматриваете небо Зальцбурга сквозь цветные стеклышки. Рисунок меняется от легкого движения, когда калейдоскоп переходит из рук в руки. Аллегория так всеохватна, что додумывать ее до конца не имеет смысла. И вы просто переворачиваете картинку.

Кадр 13. Позади у вас - сотни километров, сотни шагов, дорога через три страны. И нет на земле никого изумленнее вас, когда через 30 часов, считая от солнечного последолудня с пиратским змеем, вы бежите изо всех сил собственным отражением во времени по ночной улице, зажав в руке остроконечную широкополую шляпу. Чтобы поймать ветер.


Как ни спорь и ни смейся,но
Совершенно ясно одно:
Этот парень, там, наверху,
Умеет снимать кино... :))
ryba_barrakuda: (Default)
Друзья, этот пост - своего рода признание в содеянном, причем совершенно конкретному человеку, который поймет о чем речь. В открытом доступе он исключительно потому, что картинки, нарисованные [livejournal.com profile] oka, хороши и сами по себе, без объяснения причин и обстоятельств.

Introspection
34.62 КБ

Solipsism
40.07 КБ

On others
34.56 КБ

В отличае от совершенно сюрной сказки, которая призвана рассказать не всю правду, и не совсем ложь, и не то чтобы о том, что случилось. Серьезно, эту сказку можно и даже нужно не читать )
ryba_barrakuda: (lab-life)
Доктор К. (Кафка с его депрессивной философией тут совершенно ни при чем, в этом вы сейчас убедитесь), так вот, Доктор К. – фигура в нашем богоспасаемом заведении легендарная. По целому ряду причин, первейшая из которых – полное несоответствие между образом, связанным в сознании всякого чеха с понятием Доктор, и собственно, Доктором К. Дело в том, что чехи – народ довольно консервативный, особенно в том, что касается амплуа и паттернов человеческого поведения. Так, всякий доктор должен быть серьезен, смотреть строго, ходить степенно, говорить неспешно. Быть серьезной девой или дамой в очках тоже можно, но уже немного подозрительно. Это плата за то уважение, которое немедленно появляется в голосе собеседника, когда он узнает, что вы – МУДр – так сокращается здесь еще со средневековья титул MD. И до тех пор, пока вы остаетесь со своим визави на Вы, вас будут называть не иначе, как пан Доктор (опционально - пани Докторка), равно как будут указывать титул в любом документе, даже не имеющем ни малейшего отношения к врачебной деятельности (ну, например, на водительских правах или в налоговой декларации или на пропуске в бассейн). Но дело не в этом, а в том, что Доктор К. – легенда.
Он худ, высок, растрепан, раздолбаист и гиперадекватен. Он терпеть не может большую часть человечества, а к остальной части относится снисходительно. Его обожают больные и медсестры, и глухо ненавидит руководство. На все это Доктору К. решительно плевать.
И поскольку было бы жаль не рассказать миру об этом человеке, здесь - много букв, сложенных в несколько историй о Докторе К., которые медленно, но верно превращаются в легенды...

Read more... )
ryba_barrakuda: (Default)
...и дали мне число, и число это было 2000.
Read more... )
ryba_barrakuda: (Default)
Одного из моих многочисленных родственников угораздило родиться на Корсике, а по сему до определенного возраста принадлежность к католической вере была для него не менее естественным свойством, чем темные глаза и буйный нрав.
Задуматься о вероисповедании его заставил следующий эпизод. Read more... )
Все, кому – примите мои поздравления :) Веселого вам, счастливого :)

P.S. А еще я вот сейчас сижу, у меня за окном – фонари и снег почти открытошный, такие огромные хлопья медленным, густым потоком. И мне бы не верилось, что этот снег холоден, если бы буквально четверть часа назад я не бегала под ним и не ловила его ртом, и не принесла бы его в волосах и за шиворотом домой.
А еще моя прабабушка-лютеранка пекла когда-то на Рождество специальный пирог. Потом его пекла моя бабушка. Рецепт потерялся, и я все никак не могу его найти - ни в сети, ни среди знакомых, и это почему-то меня ужасно мучает.
А еще, знаете, что чехам на Рождество подарки приносит не кока-кола-мэйд-агли-Санта-Клаус, а младенец Христос, которого называют Ежишек? Родители уводят детей из комнаты, кладут под елку подарки, зажигают гирлянду и звонят в колокольчик, это значит, что Ежишек прилетел.
Вот уже две тысячи лет ничего с людьми в эту ночь не происходит, а они все питаются чудом, которое было-не было, они все зажигают себе пластмассовые звезды, прозевав ту, настоящую, безнадежно, на века опоздав к ней, так ни разу до нее не дотянувшись.
ryba_barrakuda: (Default)
Выбралась я на прогулку, и не по самой прямой дороге выбралась, поскольку здешняя топография прекрасна лестницами, закутками, узкими переулками, кривыми перекрестками, крохотными садами на террассах и вхолмно-подхолмными улицами. Увы, это практически невозможно - передать электронным пером атмосферу старого жилого района, где в воскресенье после полудня тихо-тихо, где тротуары сейчас засыпаны листвой, где семьи несколькими поколениями живут в трехэтажных, тесно пригнанных друг к другу домиках, где все дворы - внутренние, где все торговые лавчонки - а ничего крупнее здесь не водится - закрыты с пятницы, и улицы заканчиваются скверами или крохотными треугольными площадями на три самейки под четырьмя дубами.
Но фокус в том, что одна из улиц, попетляв, неожиданно вывела меня к заброшенной изнанке огромного стадиона. Я люблю, когда малое вдруг так резко сменяется большим, не по размеру людскому, пространством: справа высились длинные, серые, обветшавшие стены. Слепые входы на трибуны были завалены хламом, уже кое-где поросшим древесным молодняком. Выше - ржавые лестницы, какие-то переходы и узкие ниши в стенах.
Слева же от стадиона тянулись пакгаузы, гаражи и далее - необъятный, плотный, все еще буйный, но уже не зеленью, а утонченной желтизной и густой бордовостью парк. Здесь не было ни души, но... Между право и лево - заасфальтированная площадка - метров пятьдесят на пятьдесят, и по этой асфальтовой ладони ходит некто в широкорукавной хламиде и с длинным, неясного цвета шарфом на шее. Ходит безостановочно, бессистемно и как-то неловко. В руках у него труба. И он играет. Все в перемешку: сначала - отбой, потом - адажио Альбинони, Гайдна, немного Армстронга, сигнал подъема, какую-то ужасно знакомую попсовую песенку, потом - снова Гайдна. А когда опускает трубу, продолжая деревянно шагать, что-то бормоча на ходу, от него слышится непрерывный ритмичный электронный писк.
Мороз по коже продирает, если честно, так что я стояла, смотрела и слушала до самых сумерек.
Неужто Ангелы Страшного суда уже здесь и приступили к репетициям? :)
ryba_barrakuda: (MICA)
У солнечного Л. приключилась экзистенциальная колика. Это случается редко, но уж если, то всерьез. В такие моменты он бросает свои ДНКовые гели на произвол судьбы, приходит к нам, садится на стол и начинает размышлять о жизни.
И единственный способ отвлечь Л. от вселенской скорби и вечных вопросов - немедленно привлечь его к работе. На свою голову предложила ему поиграть с новым набором реагентов для теста тканевой совместимости - сдали друг другу по пробирке крови и через полтора часа выяснили, что совместимы. Это значит, что в случае чего, мне есть у кого почку подзанять. Но еще это значит, что и Л. мои почки-сердце-печень могут пригодиться, поэтому он мгновенно оживился: "Значит так, с сегодняшнего дня ты питаешься по расписанию и исключительно здоровой пищей. Надеюсь, ты бегаешь не только по утрам, но и по вечерам? Минералочкой не увлекаешься? Так, не куришь и не пьешь, это хорошо..." И замолчал. Ибо мне не оставалось ничего другого, как подойти, вынуть у него из рук стаканчик с растворимым кофе и простукать его почки на предмет положительного симптома Пастернацкого.
ryba_barrakuda: (MICA)
Солнечный Л. входит в лабораторию и стоит надо мной грустной птицей. Я дочитываю абзац и снимаю очки.
- Ну, что, Л, грустится? Внутренний конфликт, обед был плох, циклер барахлит?
Он вздыхает, падает на стул и молча трижды проезжается из одного конца комнаты в другой - успокаивается.
- Сашику, у тебя ничего случайно по гематологии нет? Только на чешском.
Ни одной хорошей книги по гематологии на чешский не переведено. О чем я ему и говорю.
Досадливо морщится:
- Да я знаю, но экзамен на носу, а я - ни в зуб и даже хуже. Зачем, зачем мне, иммуногенетику со стажем (а Л. действительно,блестящий иммуногенетик, не мне чета), знать как считается седиментация эритроцитов, в них же даже ДНК нет, что мне там ловить?! Зачем мне возиться с молекулами кальция? Кому нужен гематокрит, высчитанный вот этими руками? - он картинно заламывает руки.
Я утешаю его бормотанием о том, что знания требуются поверхностные, и никто с них ничего сверхъестественного спрашивать не станет, в конце концов, это аттестационный экзамен, а не выпускной на факультете естественных наук. Он затихает, снова катается шурша стулом, от центрифуги к окну, от окна к термостату, и в глазах его - безнадежность.
- Л., - говорю я, - мне лично известны три человека, которые к любому экзамену учат только один вопрос, и он им обязательно попадается, даже если тянут его из пятидесяти возможных. Может быть, тебе тоже рискнуть?
- Нет, я не могу, - грустно говорит Л. и смотрит в пространство, - мне всегда попадается тот самый, последний невыученный...
- Тогда у меня был еще один знакомый, он всегда перед экзаменом читал первую главу учебника и последнюю. И что бы ему не попадалось, выруливал либо на историю дисциплины, либо на новейшие в ней веяния. Л. останавливается, и некоторое время взвешивает услышанное.
Потом говорит:
- Да, это вариант... Но тоже крайний, - сознательному Л. хочется уверенности и покоя. И тут меня осеняет:
- Л., ты знаешь, что такое Халява?
Л. оживляется: ученый до мозга костей, на всякое новое знание он реагирует навостренными ушами и вытянутой шеей - как хорошо натренированная гончая на зайца.
- Нет.
- Слушай сюда, птичка, - вдохновляюсь я, - это два в одном - явление и существо, покровительствующее русским студентам. Без ее благосклонного взгляда, пусть на секунду, пусть искоса, никто никогда экзамен не сдавал.
- Богиня? - деловито осведомляется Л.
- Не совсем. Но главное - ее можно поймать...
Следующие десять минут мы вникаем в тонкости определения халявы, записываем в чешской транскрипции слова "Халява приди!", а также подробные инструкции, когда и как открывать окно, и насколько громко кричать, и что делать потом с аттестационным листом.
Л. успокаивается, довольно смеется, на прощание рассказывает горячие новости о подготовке лаборатории к аккредитации в ЭФИ и, крепко зажав листок с проХалявой в ладони, отправляется в библиотеку, брать очень хорошую книгу по гематологии на английском языке.
Мораль: что бы кто ни говорил, поддержка высших сил и атеисту помогает, а бесполезных знаний в природе нет :))

IDD

Jun. 14th, 2007 09:39 pm
ryba_barrakuda: (ryba as is)
Поздравляю с почти отшумевшим Всемирным Днем Донора. Надеюсь, каждый из вас, о френды, чем-нибудь да поделился сегодня бескорыстно с ближним своим: кровью, идеей, костным мозгом, энергией :))
Кстати, прекрасный дядечка повстречался мне в очереди: человек сорок с лишним лет отслужил в армии, сверзившись с двадцатиметровой высоты и переломав позвоночник в трех местах, самостоятельно добирался до больницы на автомобиле, потом едва не сгорел в учебном самолете, объехал всю Европу на велосипеде, полсотни раз прыгал с парашютом и до сих пор летает на частном самолете, когда есть время. У него потрясающе ясные, веселые глаза и он с ужасом говорит об "этих бабках и дедках" - своих ровестниках. А еще он пришел в пятый раз сдавать кровь. Смеется: "Бог любит меня, может быть, и кровь моя принесет кому-то удачу. Ну, передается удача с кровью? Должна, раз даже гепатит передается!"
ryba_barrakuda: (necheloveknezver)
Как правило, темные очки в поллица и стремительная походка вполне надежно защищают меня от общения с просветительски настроенной парахристианской молодежью. Все-таки догнавшим и не постеснявшимся очков я обычно быстренько объясняю, что давным-давно буддистка или иудейка - что первое прыгнет на язык, но сегодня не сработала ни одна из линий обороны: как-то глубоко я задумалась, и потому, пробегая мимо костела, была поймана девушкой смиренной наружности и с назойливыми глазами. Она немедленно забросала меня вопросами, посещаю ли я храм, и есть ли у меня духовные товарищи, и если нет, то почему, ведь вера требует быть разделенной с себе подобными, и стало быть, мне непременно надо куда-то там ходить, с кем-то там обмениваться восторженными мыслями о. В общем, непонятно, чем бы и для меня, и для нее эта беседа закончилась, если бы не Вадечка. Дева случайно скользнула взглядом на телефон, висящий у меня на шее и вдруг смолкла, глаза ее слегка остекленели, она пробормотала что-то вроде "сгинь-чур-меня-чур", и поспешила прочь, опасливо оглянувшись напоследок. А мы с Вадечкой поспешили на трамвай. Причина неадекватной девичьей реакции проста: Вадечка - мой верный спутник и талисман - серебряный голубоглазый скелет, подвешенный к телефону. Не могу сказать, что меня не удивила столь острая реакция на всего-то напоминание о смертности всего и вся. Но факт остается фактом, похоже, у меня появилось еще одно средство борьбы с желающими просвещать меня на духовные темы :))
ryba_barrakuda: (Default)
Вот с этого поста начиная, хотелось мне порадовать вас примером взаимодействия двух хаотов-людей, да все руки не доходили написать, а теперь не то чтобы дошли, но все равно пишу :)) Итак, есть А. - научный руководитель и светило и Я. - студентка-постградуальщица. Оба - чистейшие порождения энтропии.
А. приходит в лабораторию перед концом рабочего дня, извлекает Я. за шиворот из ламинарного бокса (а у Я., между прочим, день в самом разгаре, и три работы начаты, и ДНК варится в циклерах, и наплевать, что все уже почти разошлись, а кто остался - переодеваются, чтобы тоже уйти).
А. с видом счастливого фокусника: - Я.! Можешь написать тезисы для стендового доклада!
Я.(перестав на секунду выползать из рук А. в сторону ламинарного бокса и бессильно повисая на собственном шивороте): ?!!!
А.: Да-да, я узнавал, дедлайн только завтра в час дня, ты еще успеешь!
Я.: А о чем писать-то?
А.: Не знаю, но они должны понять, что мы - лучшая лаборатория!
Я.: Ладно, но результатов у нас еще нет.
А.: Каких результатов?
Я.: Ладно, есть, но они не посчитаны. Статистики нет.
А.: А теория?
Я.: А под какой вывод теорию писать?
А.: Все равно, но из двух вариантов тот, который вчера обсуждали (А. вчера был на конференции и с Я. не встречался, так что ничего они не обсуждали).
Я.: Отлично. Объем?
А.: Мммм, ну на глазок сделай, чтоб на страницу что ли. Да, и Л. напиши третьим автором, он тебя тоже напишет.
Я.: В докладе про цитокины?!! Я и слово-то это только вчера выучила!
А.: Какая разница?
Я.: И правда, никакой...
А.(с неподдельным интересом): А что это у тебя в боксе из пробирки лезет?
Я. (почти злобно): Гомункул! Писать о чем будем?
А.: Говорю же, без разницы, главное, чтобы хорошо получилось, и чтобы успеть!
Затем А. прощается со всеми присутствующими и отбывает. Я. до восьми вечера работает, путает все, что можно перепутать, в последний момент счастливо распутывает перепутанное, записывает к собстенному изумлению и подозрению правильные результаты в правильные столбики и в унылой истерике приходит домой к половине десятого.
Дома Я. садится за компьютер, открывает девственно чистый вордовский лист, вдохновенно записывает придуманное в автобусе название. И вдруг понимает, что забыла уточнить, на каком языке должен быть доклад. Обреченно вздыхает, открывает Документ 2 и записывает то же название на другом языке. Открывает ЖЖ. Пишет пост на русском. В половине второго стирает пост начисто, потому что он зануден. Пишет пост про Город, бредет на кухню, варит себе сразу две кофеварки кофе с чабрецом, сливает все это в поллитровый бокал, бредет назад. Пишет первое предложение доклада. Немедленно решает, что оно должно стать последним. Пишет стих. И два письма. Вымарывает из первопоследнего предложения доклада три слова и предложение становится нечитабельным. Размещает в ЖЖ стих, пост оставляет под глазом, идет сидеть на подоконнике и дышать свежим осенним воздухом. Вернувшись, пишет первый абзац доклада. Продолжая доклад пишет стих, стирает, пишет снова. Засыпает на клавиатуре.
Через час просыпается, чертыхаясь собирается на работу. Две кофеварки, запас чабреца иссякает. В 9 утра Я., бормоча и подпрыгивая на стуле, строчит обзац за абзацем, никто не осмеливается не то что говорить вслух, но даже подходить ближе, чем на пару метров к эпицентру научного творчества. Когда страница почти готова, и осталось написать только вывод, приходит сердобольный солнечный Л. с пластиковым стаканчиком кофе, смотрит через плечо Я. и говорит: "Слушай, там по-моему, норма - 400 знаков." Я. со стоном опускает руки на стол, Л. вкладывает в опущенные руки стаканчик, гладит Я. по голове и набивает в адресной строке координаты конгресса для которого ваяется доклад. Ну да, 400 знаков. Но, как выясняется, на любом языке, так что можно не волочь за собой второй вариант. Я. начинает марать написанное. Смысл утрачивается. Приходит А., смотрит неодобрительно на Я. и на часы. Потом с неподдельным интересом осведомляется: "А о чем наш доклад?" Я. зачитывает тему. "О, - удивляется А. - а мы и про это можем написать? А я думал, что обойдемся только...- и называет тему из смежной области." Я. уже море по колено: "Будем делать два доклада?" А.: "Пойдем, лучше кофе выпьем." Я., комкая стаканчик: "Уже полдвенадцатого." А. :"Дедлайн в час, еще успеем." Я.:"Вывода нет." А.: "Да нипиши там хоть что-нибудь! Всего два предложения, имей совесть!." Я., не совсем улавливая, при чем тут совесть, пишет два саркастичных кратких предложения о том, что результаты наши достоверны, а наша лаборатория - самая лучшая. А. читает написанное через плечо и, не уловив сарказма, говорит: "Отлично. Теперь отсылай, и пойдем пить кофе." Без четверти час тезисы отправлены, в лаборатории ненадолго воцаряются мир и согласие. Через сорок минут приходит письмо о том, что тезисы приняты, и можно приступать к изготовлению доклада. Я. счастливо вальсирует с Л. по лаборатории, входит А. и объявляет: "Слушайте, тут через полтора часа у меня лекция, хорошо бы слайдов сделать, и поскольку вы оба - мои студенты, догадайтесь, чем вы сейчас будете заниматься?... - увидев лица Я. и Л. он поспешно добавляет, - кофе и прочие легкие стимуляторы - за мой счет."
ryba_barrakuda: (Default)
Итак, все началось месяц назад, когда шестеро людей по причине жаркой погоды и жажды нового собрались вместе, чтобы отвечать на вопросы, распечатанные мелким цветным шрифтом(поскольку черный картридж быстро кончился) на обратной стороне научных статей и беллетристических глупостей. Так на сцене международного движения ЧГК появилось новое действующее лицо - команда Чехии. Озаренные коллективным нахальством и радостью игры [livejournal.com profile] assa, [livejournal.com profile] bailarina, [livejournal.com profile] ideolog, [livejournal.com profile] larrr, [livejournal.com profile] nostitz и наконец, ВНН - [livejournal.com profile] ryba_barrakuda придумали не только вместе играть, но и прокатиться до Баку на Кубок Наций - ибо нам ли быть в печали, если нам и Каспийское море по колено, и билеты уже прислали. Да и мерзнуть в Праге, признаться, всем уже изрядно надоело, а в Баку сейчас ужин, макароны дают был какой-то запредельный плюс по Цельсию и еще больше - по Фаренгейту, это и решило все дело :))
Read more... )
Не знаю, как вам, а мне было жаль расставаться с вами на автобусной остановке...
ryba_barrakuda: (Default)
Все началось с того, что попала мне в руки забавная книжка - воспоминания английского сельского врача от лет веселого студенчества до дней почти что наших. Вот эту-то во всех отношениях легкую книжку я и взяла с собой, когда собралась путешествовать из Города в Город через Город. Самолет взлетел вовремя, через пятнадцать минут по проходу потянулся отвратительный, но неизбежный запах подогреваемой казеной еды - ведь честная авиакомпания не может не сделать хотя бы попытку оправдать заоблачные цены билетов "обедом" на борту. Меж тем, мой эскулапистый вергилий от описания попоек и грешков юности плавно перешел к самому интересному: клиники, кураторы, больные, касторка-пенициллин, дежурства, экзамены и с больной головы на здоровую. Радуясь и заговорщицки хихикая - ведь все-все знакомо, будто бы с нашей группы писано, я глотала страницу за страницей, как вдруг наткнулась на очень подробное описание сердечного приступа у одного из пациентов. Не успела я дочитать до середины, как еду разносить перестали,по проходу заспешили куда-то стюардессы, заволновалась публика в первых рядах. Через несколько минут экипаж задал сакраментальный вопрос - нет ли среди присутствующих врача?
Так я впервые получила в свое полное распоряжение больного с инфарктом миокарда, опечатанную авиааптечку и набор бортпроводников. Больному повезло - мы летели над Польшей, и когда у него во второй раз начало падать не без труда стабилизированное давление, нас согласился принять аэропорт Варшавы. Сомневаюсь, что мне удалось бы продержать его два часа до Москвы. Я до сих пор не знаю, чем все кончилось: больной и его супруга остались без виз и, насколько я поняла, почти без денег, в Польше. Я потом пыталась узнать о них хоть что-то через знакомых в страховых компаниях, но тщетно, и это, признаюсь, до сих пор гнетет меня, но речь теперь о другом - о книжице...Потому что дальше было больше: в метро, когда я читала о практике автора в травматалогическом отделении, мне под ноги с эскалатора упал здорово пьяный молодой человек. Скорая, перелом, госпитализация. Когда читала об акушерстве, мне позвонили - двоюродная сестра родила двоюродного племянника. Что случилось поблизости, когда я читала о работе автора в психиатрическом отделении, я даже пересказывать не буду - до сих пор неприятно вспоминать. В конце концов, мне это надоело и я, не без грусти оторвалась от оранжевого, веселого источника лекарской мудрости.
Но ожидаемых изменений не случилось. Медицинскую литературу я теперь читаю с особой осторожностью, ибо количество совпадений между прочитанным и событиями в реале - не просто настораживает, а уже начинает утомлять. Обострение аллергии после соответствующей статьи в журнале - еще можно списать на лето-цветочки-лютики (хотя держали же до этого антигистамины), но собственный обострившийся гастрит, чужие судороги в ногах и пр. и пр. появляющееся ровно после ознакомления мною с литературой на соответствующую тему?! Недавно чаша терпения переполнилась: через полчаса после прочтения главы о борьбе с аллергическими отеками от укусов насекомых, меня укусила пчела. Отек был преотличнейший, красивый, прямо скажем - полруки как не свои. И вот я пишу этот пост, чтобы его прочитав, большинство из вас подумало: "Так не бывает" и тем самым, возможно, нарушилась бы работа описанных закономерностей, мне ведь к экзамену готовиться, так что сами понимаете... :))) Обязательно будьте здоровы :))
ryba_barrakuda: (Default)
Все хорошо в донорском центре. Целлофановые бахилы - того же пронзительно синего цвета, что и те, когда-то заготовлявшиеся в промышленных масштабах для нас, студентов, добрыми гардеробщицами во всех клиниках Пироговки.
Персонал нежно-зеленым фломатстером заполняет за тебя анкету исключительно по доброте душевной и от нечего делать, бойко оглашая вопросы вроде "Когда в последний раз вы болели туберкулезом", беспомощно застревая на слове "трихинеллез" и краснея на вопросе о половых контактах.
Бессмысленный на мой непосвященный взгляд ящичек на стене, куда нужно бросить бумажку, ответив на вопрос "Ваша кровь безопасна для использования?" Да по чем я знаю, у меня вообще давно сложилось впечатление, что кровь моя - кофе да гадючий яд, кому - опасно, а иным, говорят, полезно...
Тетечка, уговаривающая не бояться комариного укуса скретчера. И смущенно посмеивающаяся, прилаживая на мою руку тонометровую манжету, в которую, если постараться, можно завернуть меня всю "Она - для больших мальчиков с вот такими мышцами." Я вижу.
Веселая медсестра, которая долго изучает мои вены - мечту любого наркомана, показывает молоденькой ученице, как затянуть жгут, под каким углом вводить иглу, как проверить, на месте ли жилка. Находит оную жилку на правой руке и говорит: "Вот и отлично, значит, брать будем из левой." Девочка испуганно спрашивает: "Как из левой, ведь нашли на правой?" Тетя смотрит на меня укоризненно: "Вот зачем Вы, спрашивается, часы на правой руке носите?!Запутали меня." и мне становится стыдно за старую привычку.
Все тот же сине-зеленый резиновый мячик, грубо сработанный маленький глобус из гуттаперчи - сжимать его в руке во время отбора...
В общем, идиллия, буколика и душевный комфорт.
И только с одним персонажем среди все этого благолепия мы не можем найти общего языка. Это -санитар в столовой. Он кормит доноров после отбора крови. Талонов на питание не дают, отказаться - нельзя. По комплекции и нраву этот человек страшно напоминает мне Громозеку.
Моя позапрошлая - самая первая - попытка уйти оказалась неудачной - широкоплечий, приземистый санитар развивает в прямых коридорах центра такую крейсерскую скорость, что вам и не снилось. При этом он умудряется не расплескать ни капли минералки, без стакана которой в погоню не пускается. Поймав меня, он молча протянул мне стакан и проследил, чтобы я осушила его до последней капли, потом взял меня осторожно за шиворот и препроводил к столу. Пока я давилась кофе и хлебом, он сидел напротив, мечтательно смотрел мне в переносицу и кивал каждому глотку.
В следующий раз это была настоящая, продуманная попытка к бегству: делая вид, что никуда не ухожу, я выскользнула за дверь и по стенке попыталась добраться до выхода, через три шага свист воздуха за спиной убил надежду на освобождение. Меня все так же надежно и нежно поддерживая за воротник, доставили к столу и бухнули на него поднос с едой. На этот раз молчаливым наблюдением дело не ограничилось, со мной провели воспитательную беседу, которая, как вы понимаете, аппетита не улучшала. Монотонным голосом этот добрейшей души человек внушал мне, что белки-жиры-протеины полезны и даже апеллировал к статистике и, кажется, к газете "Dnes"...
Сегодня мы встретились в третий раз. И я поняла, что есть вещи неизбежнее судьбы. Он выучил мою фамилию (благо, это несложно - одна из станций здешнего метро так называется). Увидев меня, он объявил, что очень рад видеть старую знакомую, и к моменту моего появления из процедурной накрепко перегородил собою выход из столовой. Поднос уже стоял на столе. "Сегодня отличный омлет!" попытался подбодрить меня этот мучитель - "И знаете что, - он кинулся к барной стойке и жестом фокусника достал откуда-то пестрый прямоугольник, - для Вас я припас ДВЕ шоколадки!"
Господи, спаси альтруистов...И нас от них...
ryba_barrakuda: (Default)
В прошлый раз нас порадовали зоологическими рассуждениями. Нынче тема географическая, действующие лица совсем другие.

- Его приглашают работать в Гибон.
- Нет такого места. Гиббон, с двумя б - это обезьяна. А зовут его, наверное, в Габон.
- А, ну, наверное, - внимательно рассматривая карту на стене, - Габон, это где?
- Африка...
- О, точно! Граничит с Конго. Ой, тут два Конго!
- Что, Верхнее и Нижнее?
- Нет, справа и слева, желтое и фиолетовое...
ryba_barrakuda: (Default)
Идет занятие, все мирно и пристойно, переводим тексты, корежим падежи. Девочка, ну скажем, Аня, добирается до предложения о разведении лошадей Пржевальского, и тут процесс застопоривается. Все недоуменно молчат, Аня энергично трясет головой и отказывается переводить несчастных лошадей во множественное число - родительный падеж. На вопрос почему? Выдает отчаянный крик души: "Да не могу я этого сделать! Потому что у Пржевальского могла быть только одна лошадь!!! - и, подумав, грустно добавляет, - да и та, наверное, уже давно сдохла..."
ryba_barrakuda: (Default)
В дополнение к последнему пункту этого,еще чуть-чуть о древних греках в нашей непростой реальности.
Сидим со [livejournal.com profile] skoraya в мензе. Как это часто в последнее время бывает, разговор заходит о профессиях, в том числе о врачах. Девочка Камилла, поворачиваясь к [livejournal.com profile] skoraya : "Вы ведь клятву Геродоту давали?" Слегка ошарашенная, но не утратившая присутствия духа [livejournal.com profile] skoraya: "Давали Геродоту, но он пообещал, что передаст Гиппократу."
ryba_barrakuda: (Default)
Вчера случилась ВПС в замке Конопиште, белый такой скромный замок в божественно красивом по-осеннему прозрачном парке. Но я не о красотах, я о:
- черном юморе судьбы. Владельцем всего этого блаалепия был Франц Фердинанд д'Эсте, с несколько слишком громкой и не очень опрятной кончины которого началась первая мировая. По данным осмотра замка, ФФ оказался изрядным охотником - за всю жизнь перебил зверья всякого-разного от тигров до голыми руками задушенной в Йеллоустоуне белки около двухсот с небольшим тысяч. А теперь оцените замысловатый, но красивый финт судьбы: на гения охоты поохотился подслеповатый студент, да так удачно, что после этого начался всеобший массовый отстрел людьми друг друга.
- философии и чешских школьницах. Из замка возвращаясь электричкой, попали мы в одну секцию с чешскими школьницами, которые в первые минуты путешествия обозначили твердое намерение учаться, учиться и еще раз учиться, а именно: достали тетрадки с конспектами, открыли их и нахмурили лица, после чего принялись беседовать о куртках, общей знакомой, которую бросил молодой человек и тенденциях на рынке белья в ближайшие несколько лет. По прошествии десяти минут темпераментной, захватывающей, полной вскриков и смеха беседы, когда тема одежды не то чтобы себя исчерпала, но несколько утратила свежесть, одна из юных особ в поисках идей обратилась к своей тетради и замогильным голосом, скорчив страшное лицо, прочла подругам то, что показалось ей наиболее перспективным: "Жизнь - это вечное страдание..." после чего вместе с подругами разразилась таким веселым смехом, что озвучить автора уже не смогла... Я тихо таяла от умиления и нежной зависти...
- и преподавателях философии. Отсмеявшись, дитя чешской земли и чешской же системы образования поведала подругам следующую удачно вспомненную историю: однажды раздав контрольные, пани професорка поняв очи горе и воздев руки (изображается а лицах)воскликнула в дословном переводе следующее: "Сократ! Платон! Аристотель! Такие люди были, и все умерли! А вы здесь сидите, идиоты живые!!!"

Profile

ryba_barrakuda: (Default)
ryba_barrakuda

December 2015

S M T W T F S
  1234 5
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031  

Syndicate

RSS Atom

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jun. 29th, 2017 09:03 am
Powered by Dreamwidth Studios